Памяти 33-й армии Западного фронта, павшей в Ржево-Вяземских операциях, января - апреля 1942 года.

[sgs_mil_team]

Формирование 33-й армии проходило 23 – 31 июля 1941 года. Это было народное ополчение города Москвы. Всего в конце июля 1941 года было в Москве было сформировано 3 армии народного ополчения: 32-я, 33-я и 34-я.



Под Спас-Деменском, дивизии первого состава 33-й армии и погибли (частично попали в плен). Второе формирование 33-й армии начинается в сентябре - начале октября 1941 года.

ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2511, д. 1029, л. 177–178.

Командующим 33-й армией с июля месяца 1941 года был комбриг Онуприенко, под руководством которого она вела тяжелые оборонительные бои, отражая удары превосходящих сил противника, рвавшегося к Москве. Этим приказом комбриг Д. П. Онуприенко освобождается от должности командарма и назначается на низшую должность – заместителем командарма.

Командующим армией, согласно второму пункту приказа, был назначен генерал-лейтенант Герасименко. В приказе нет инициалов имени и отчества Герасименко, но, по всей видимости, речь идет о генерал-лейтенанте Герасименко Василии Филипповиче, который с сентября 1941 года был заместителем командующего Резервным фронтом по тылу.

Однако на должность командующего 33-й армией вместо генерал-лейтенанта В. Ф. Герасименко 19 октября 1941 года прибыл генерал-лейтенант М. Г. Ефремов, сдавший накануне командование 10-й армией, полевое управление которой было обращено на формирование штаба Калининского фронта, командующим которого был назначен генерал-полковник И. С. Конев (Формирование и пере подчинение общевойсковых армий 1941 – 1945. – М.: ГШ. С. 42–43).

22 декабря в этой операции в окружение попадает 1291 сп (110 сд) капитана Лобачева. Ефремов не только не бросает окруженных бойцов и командиров (отправляя им каждый вечер самолеты Р-5 с продуктами и боеприпасами, обратно идет эвакуация раненных), но из окружения полка (по сути батальона) делает выгоду для остальных наступающих войск армии. Об этом знают окруженные, их всего 400 человек (при этом у Лобачева была радиостанция, с весьма внушительным запасом аккумуляторов к ней). И делают все, что от них зависит. Это признавали и немцы. Потому что огневого воздействия окруженных по ним, являлось неожиданным. Это сковало действия немцев, заставив их разделить свои силы (коих было не так уж и много), что и послужило (заранее организованными действиями) залогом успеха. За время боев в окружении полк Лобачева потерял убитыми – 27 человек и 36 – раненными. И ни одного человека – пропавшим без вести.

Именно с этого момента большинство подчиненных генерал-лейтенанта Ефремова начинают понимать, что ничего критического из себя окружение не представляет. С одним единственным и весьма важным условием дополнения к этим словам – если ты не брошен своими соседями и своим командованием. Пример окруженного 1291 сп, оказанная ему помощь и результат боев – это почти в миниатюре то, что будет происходить через 5-ть месяц, только в большем объеме и с другим результатом. Но 22 декабря 1941 года Ефремов помогает окруженным, понимает их положение, делает из этого выводы и вносит коррективы в действия армии. Когда как в апреле 1942 года его армия в подобных условиях будет никому не нужна, будет брошена, и никто не будет делать выводов из того, в каких она условиях и как эти условия можно обратить в успех.

Приказ о выдвижении 33-й армии к Вязьме был получен 17 января 1942 года.

«Директика командующего Западного фронта №605/ш от 17 января 1942 года

Командарму 33

Создалась очень благоприятная обстановка для быстрого продвижения 33 АРМИИ в район ВЯЗЬМЫ в тыл вяземской группировки противника.

ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 56, л. 36.

В это время соединения 33-й армии с большим трудом и неимоверными потерями, пробивали себе дорогу к Верее.

Получается, что с одновременным овладением 33-й армии населенного пункта Верея, практически через двое суток выйти в район Вязьмы. Преодолев в условиях полного отсутствия дорог 75 километров. С учетом той обстановки, которая была 17 января 1942 года, в районе Вереи – это была невыполнимая задача.

В центральном архиве МО РФ, хранится документ ф. 388, оп. 8712, д. 131, л. 97 – это боевое донесение командующего 33-й армии №023 от 17 января 1942 года, в которой командующему Западным фронтом (в подробностях) доводится обстановка сложившиеся к вечеру 17 января 1942 года в районе Вереи. Это боевое донесение заканчивается словами:

«7. Выполнение Вашей директивы № 605/ш от 17.01, в силу создавшейся обстановки на фронте армии, задерживается.

Принимаю меры к скорейшей ликвидации Верейской группировки противника, после чего немедленно приступлю к выполнению Вами поставленной задачи.

М. ЕФРЕМОВ».

Командарм отвечает Жюкову, что сперва одну задачу выполню, после чего начну выполнять следующую.

Все перемещение армии от Вереи до района Вязьмы будет проходить до 30 января.

Основные события по блокированию 33-й армии Западного фронта в боях под Вязьмой начинают разворачиваться 30 января 1942 года. Характерно то, что Михаил Григорьевич (будучи талантливым командиром) планируемые действия немцев наблюдает и докладывает об этом.

«ВЫВОДЫ:

1. Северная группировка противника стремится овладеть районом ЗУБОВО — ИЗНОСКИ и перерезать единственный путь движения войск армии, подвоза и эвакуации.

2. Вывод главной группировки армии в район ГРЕДЯКИНО, КРАСНЫЙ ХОЛМ требует одновременного уничтожения северной группировки противника.

3. Ввиду большой активности ВВС противника движение вперед частей армии сильно задерживается.

4. Настоятельно прошу:

а) беспрерывным патрулированием истребительной авиации прикрыть сосредоточение главной группировки армии в новом районе.

б) разрешить одновременным выполнением поставленной Вами задачи частью сил ликвидировать северную группировку противника.

ЕФРЕМОВ, ШЛЯХТИН, КОНДРАТЬЕВ» (ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 131, л. 167 – 170).

«ЕФРЕМОВУ.

Кто у Вас управляет дивизиями первого эшелона?

ЖУКОВ» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 157, л. 96).

На что Ефремов тут же, не задумываясь, ответил:

«Комфронта ЖУКОВУ

…Дивизиями первого эшелона управляет Военный совет АРМИИ. Выезд мой и опергруппы в район боевых действий первого эшелона 29.01.1942 года временно отложен в связи с обстановкой в районе Износки.

ЕФРЕМОВ» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 157, л. 96).

Генерал Г. К. Жуков снова телеграфирует:

«Тов. ЕФРЕМОВУ

Ваша задача под Вязьмой, а не в районе ИЗНОСОК. Оставьте КОНДРАТЬЕВА в ИЗНОСКАХ. Самому выехать сейчас же вперед.

ЖУКОВ» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 157, л. 97).

…Развивая наступление из района Наро-Фоминска в общем направлении на город Вязьму, 33-я армия в последний день января быстро вышла в район Шанский Завод и Даманова, где оказалась широкая и ничем не заполненная брешь в обороне противника. Отсутствие сплошного фронта дало нам основание считать, что у немцев нет на этом направлении достаточных сил, чтобы надежно оборонять город Вязьму. Поэтому и было принято решение: пока противник не подтянул сюда резервы, захватить с ходу Вязьму, с падением которой вся вяземская группировка противника окажется в исключительно тяжелом положении.
Генерал-лейтенант М. Г. Ефремов решил сам встать во главе ударной группы армии и начал стремительно продвигаться на Вязьму. (Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. — М: АПН, 1970. С. 355).

. ЕФРЕМОВУ

…Как показало следствие, никто, кроме командующего 33-й АРМИЕЙ, не виновен в том, что его коммуникации противник перехватил.

Г. ЖУКОВ (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 157, л. 560).

«ВОЕННОМУ СОВЕТУ ЗАПФРОНТА

4.03. 1942 года

1. Я один веду бой на фронте более 90 км больше месяца, имея совсем слабые силы. Численность вам известна.

2. Последние силы направлены на ШЕЛОМЦЫ в помощь ГОЛУБЕВУ.

3. Как же я еще могу помочь 43-й АРМИИ? Ей отданы такие наши силы: 9-я Гв. СД, 5-я ТБР, 93-я СД со всеми средствами усилия.

4. В настоящее время веду напряженный бой. Противник овладел ГРЕКОВО, КОШЕЛЕВО и наступает на СТУКОЛОВО.

У меня нет даже роты в резерве.

5. Более месяца с востока 43-я АРМИЯ топчется на месте; как же не ругаться?

Потеряно времени больше месяца.

6. Словом, я нахожусь в обстановке тяжелой. Поймите, у меня только 3 (три) тысячи тяжелораненых и нет боеприпасов, не говоря уж о продовольствии и фураже.

7. Полученное от Вас продовольствие идет раненым.

ЕФРЕМОВ» (ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2511, д. 82, л. 20).

«Товарищу СТАЛИНУ.

После занятия нашими войсками района боев 33 Армией периода январь – апрель 1942 года, были предприняты меры по выяснению участи бывшего командующего 33 Армии – генерал-лейтенанта Ефремова М. Г.

Были получены данные, что генерал-лейтенант Ефремов М. Г. погиб 17–18 апреля 1942 года в районе деревни Жары Темкинского района Смоленской области при следующих обстоятельствах: 12 – 14 апреля 1942 года генерал-лейтенант Ефремов М. Г. организовал группу бойцов и командиров для выхода из окружения. Во время одного из боев с противником в районе дер. Малое Устье генерал-лейтенант Ефремов М. Г. был тяжело ранен в бок и, не имея возможности самостоятельно передвигаться, застрелился и был похоронен в деревне Слободка Темкинского района Смоленской области.

Для выяснения всех этих данных Военсоветом Фронта была выслана в указанный район специальная комиссия с привлечением врача-эксперта и командиров, знающих лично генерал-лейтенанта Ефремова М. Г.

Путем раскопки могилы и опознания трупа установлено:

1. Бывший командующий 33 Армией генерал-лейтенант Ефремов М. Г. в апреле месяце 1942 года с небольшой группой бойцов и командиров пробивался из окружения. В одном из боев, в районе дер. Жары Темкинского района Смоленской области, генерал-лейтенант Ефремов М. Г. получил тяжелое ранение в седалищную кость, лишился возможности передвигаться и, не имея уверенности на спасение от пленения, 19 апреля 1942 года покончил жизнь самоубийством – выстрелом из личного оружия в правый висок.

2. Тело генерал-лейтенанта Ефремова М. Г. похоронено в дер. Слободка Знаменского района Смоленской области.

СОКОЛОВСКИЙ, БУЛГАНИН Верно: Секретарь Военного совета Западного Фронта» (Митягин С. Д. Боевые действия под Вязьмой: операция или имитация? // Военно-исторический архив № 3, 1998. С. 121–122).

В беседе с группой «историков», состоявшейся в августе 1966 года в редакции «Военно-исторического журнала», Г. К. Жуков вообще отказался считать наступление на Вязьму фронтовой операцией и сказал буквально следующее:

«…Там, собственно говоря, и операции никакой не было. Прорвались. Ефремова отсекли, Белова отсекли. Они остались в тылу… Белов сам по себе вышел, без тяжелых средств артиллерийских, без танков; Ефремов (у него немного больше было) тоже потерял много боеприпасов.

Они перешли, собственно говоря, на положение партизанских отрядов… Относительно отрезания этой группы. Командующему фронтом, когда ведется сражение, на таком громадном пространстве, 600 километров по фронту, очень трудно уследить за вопросами тактического порядка. Ефремов прошел в свободную «дырку». Сзади у него остались главные силы армии. Я не мог уследить, что он для обеспечения на Угре оставил, а он, к вашему сведению, оставил всего отряд в составе 90 человек – без танков, без пушек, с легкими средствами. Разделяю ли я ответственность за Ефремова? Ну, конечно, я за все войска отвечаю, но не за такие действия, которые я не организую… Что должен был сделать Ефремов? Он должен был за счет главных сил армии, которые задержались у Шанского завода, пару дивизий поставить, как распорки, для того чтобы у него тыл был обеспечен. Он этого не сделал… Вопрос обеспечения – это не вопрос командующего фронтом, и я не считал нужным смотреть, что справа и слева. Ну, шапка была набекрень у всех тогда… И я недооценил состояние Вяземской группировки противника… Ну, а большую взять на себя ответственность для того, чтобы показать здесь себя самокритичным, я думаю, надобности нет, зачем это нужно…» (Коммунист. Сентябрь, № 14, 1988. С. 96).

Надо отметить, что опыт войны и характер ведения боевых действий в окружении так и оказался неизученным «военной наукой», несмотря на то, что на долю наших войск в годы войны выпало немало «котлов» – больших и малых. «Наши» военачальнички до сих пор питают различные иллюзии относительно выхода из окружения. Для многих из них это что-то наподобие прогулки по лесу, и уставы, созданные ими, – застывшая догма, требующая шаблонных действий, без учета реальностей обстановки. В боевом уставе записано:

«…Выход из окружения мелкими группами и без вооружения и техники недопустим». Это происходит на фоне тех слов, что «боевые уставы пишутся кровью».

Если Вальтера Моделя (командующего 9-й армией Вермахта) называют «мастером отступлений» и его опыт актуален до сего дня. То про генерал-лейтенанта Ефремова можно сказать, что он «мастер боев в окружении». И его опыт – так же не менее актуален.

Завершая рассказ о трагической и героической судьбе Михаила Григорьевича Ефремова, необходимо вспомнить малоизвестный вывод, сделанный офицерами оперативного управления Генерального штаба. Этим выводом, мая 1942 года мы специально подчеркнем то, о чем говорили в этой программе: «... армия бросалась в глубокий тыл противника на произвол судьбы», ЦАМО Ф. 8. Оп. 11627. Д. 150. Л. 5.



Шпыревский лес (фотография 1975 года).