Борис Алексеевич Смысловский. Проблема "малой войны". Почему-то все очень знакомо.

[sgs_mil_team]

Тактика партизанского боя:

– скрытый подход к месту боя;

– внезапность завязки;

– чрезвычайная интенсивность первого огня;

– стремительность атаки, заменяющая малочисленность;

– создание непрерывным маневром угрозы обхода флангов или выхода в тыл неприятеля.

В случае упорного сопротивления неприятеля или обнаружившегося численного его превосходства, партизаны прекращают бой, искусным маневром отрываются от противника. Часто рассыпаются и уходят, стремясь затереть за собой все следы.

В случае поражения и отхода чрезвычайно важно не оставлять раненных и не дать пленных. Противник не должен получить партизанского «языка».

Тактический афоризм партизан: «Нас можно разогнать, но не разбить».

Вот пусть кто-то попробует теперь мне доказать, что ГРУ, что-то там «разрабатывало». Воровали все, как всегда. А после, даже не смогли научиться пользоваться. «Кто же защитит спицназ ГРУ»? Клоуны.

А теперь еще интересная мысль. Оперативное искусство «малой войны».

Германский Генеральный штаб долго считал «малую войну» тактической аномалией. И с большим презрением относился к боям против «зеленых банд».

Немецкая военная мысль считала, что слабо вооруженные и плохо обученные партизанские части могли с успехом действовать против таких же полурегулярных белых войск во время Гражданской войны в России. И партизаны будут бессильны против современных регулярных армий, закованных в «панцирь» и «железо» и насыщенных огромным количеством тяжелых огневых средств.

Германский Генеральный штаб со снисходительной улыбкой относился к доктрине «малой войны», считая ее чисто революционной фантазией и не веря, что партизанские бригады смогут оказать серьезное влияние на моральный ход стратегических операций.

Сила регулярных армий и тяжелое вооружение оказались в борьбе против партизан их слабостью. Казарменное обучение и «дрилль» («др...ь») не справились с «лесной тактикой». Железо и сталь военных машин увязли в топких болотах. Традиционный лозунг «армия вне политики» повел за собой на Восток, вслед за наступающими германскими дивизиями, безграмотную партийную организацию. Которая своими бессмысленными жестокими методами управления, восстановила против Германии покоренные народы. И народы восстали. И Германскому Генеральному штабу пришлось расплачиваться за свое пренебрежение к советским революционно-военным доктринам и за свое традиционное воспитание со времен генерала фон Секта – рейхсвер – это «государство в государстве». Политически необразованной армии, пришлось вести за собой «политически образованных комиссаров».

Тут мысль Алексея Борисовича полностью пересекается с мыслью Клаузевица, который поучал, что «война – это есть продолжение политики. Только политики иными средствами». И именно по этому не может быть в принципе, чтобы армия была вне политики.

Ничего интересного не находите?

Один из выводов о боевых действиях в Афганистане СА, это не желание советской военной машины, понимать простую вещь: армия готовая к широкомасштабной войне, не всегда готова к «малой войне». И это не мои выводы, это писал Ляховский, в книге «Трагедия и доблесть Афгана».

Россиянская «армия» это такое же «государство в государстве». С таким же маразматическим лозунгом: «армия вне политики». С 1992 года (уже 20 лет) эта «армия» полностью доказывает свою несостоятельность во всем. В любом вопросе. От патрона, до космоса.

О чем говорить вообще? Если труды Смысловского воровались на Западе, а тут у себя в СССРии не нашлось ни одного мало-мальски НОРМАЛЬНОГО человека, который бы их просто прочел. И после сделал хоть какие-нибудь выводы.

Именно по этому большевизм, как форма либерализма, не заслуживает уважения вообще.